Нужно узнать особенности каждой нации, чтобы примириться с ними, вернее, чтобы именно на этой почве с ними общаться…

И. В. Гёте [5, с. 535]

Несмотря на большое расстояние, отделяющее Россию и Китай, а также разность многовековых традиций, складывающихся на протяжении всей истории становления и развития русского и китайского народов, между ними существует много общего. Речь в данном случае идет не о давних торговых отношениях между обеими странами, красноречивым художественным свидетельством чего может рассматриваться танец "Чай" из балета "Щелкунчик" П. И. Чайковского [9, с. 146-147], не об охватившем Россию начала ХХ века, получившим впоследствии название Серебряного, интересе к китайской культуре (что нашло отражение в творчестве Анны Ахматовой, Осипа Мандельштама и многих других художников слова [10, с. 84-97]), не о подчас судьбоносных встречах, происходивших в среде русских и китайских музыкантов, оказавшихся за пределами своей родной земли (как это случилось с композитором Сянь Синхаем [15]), а о том, что принято относить к общечеловеческим ценностям. Приобщение к таковым происходит на разных уровнях: в детском саду и школе, в профессиональных училищах и техникумах, а также в высших учебных заведениях, посредством спорта, занятий музыкой и другими видами искусства, обеспечивающими знакомство с культурным наследием другой страны.

В фокусе нашего научного интереса — традиционные музыкальные инструменты, обнаруживаемые в экранном искусстве России и Китая, представленном кинематографом и такой его неотъемлемой частью, как мультипликация (анимация). Разговор пойдёт о двух мультипликационных фильмах (русском и китайском), объединённых общей темой, и о результате совместного проекта русских и китайских режиссёров — игровом фильме "Волшебный портрет".

"Братья Лю"/"Братья Хулу"

Коллаж

На сегодняшний день нам известно небольшое количество работ советских и китайских кинематографистов, которые имеют явные переклички [13; 14]. В их числе советский и китайский варианты мультипликации "Братья Лю"/"Братья Хулу", выполненные на основе фольклорного материала. Первый был создан в 1953 году. Автором сценария выступил Николай Эрдман, режиссёром — Дмитрий Бабиченко, композитором — Климентий Корчмарёв. Считаем важным подчеркнуть, что для композитора обращение к китайской теме стало делом далеко не случайным. Во-первых, к этому времени он был известен как автор сюиты "Свободный Китай" для хора и симфонического оркестра, написанной в 1950-м году (через год, в 1951 году, именно за это произведение К. Корчмарёв получил Сталинскую премию второй степени). Во-вторых, интерес к китайской культуре привёл Корчмарёва к созданию оперы "Дитя радости", которая была написана по мотивам китайской народной музыкальной драмы "Седая девушка" [6; 12]. Второй мультфильм — сериал "Братья Хулу". Выпущенный в широкий прокат в 1986 году,он был создан режиссёрской творческой группой, куда вошли Ху Цзиньцин, Гэ Гуйюнь и Чжоу Кэцинь, работающие с композитором Ву Инь Цзю.

В данном контексте весьма интересным представляется количество главных героев обеих мультипликационных лент и музыкальные инструменты, сопровождающие их действия. Фиксирование внимания на численно-звуковом соотношении одного и другого в свете специфики китайской культуры видится вполне оправданным, поскольку отвечает комплексному характеру музыкального мышления жителей Поднебесной. Последний опознаётся в коннотации звуков пентатонической шкалы с пятью элементами китайской натурфилософии, образующих всё сущее, а также сторонами света, планетами, числами и т. п. То обстоятельство, что число оказывается в теснейшей зависимости от звука, находит своё оправдание и в известном каждому китайцу предании. Речь идёт о том, что именно бамбуковые флейты-люй стали точкой отсчёта в создании музыкальной теории Поднебесной империи, которая получила название системы 12 люй — хроматический звукоряд из 12 ступеней, расположенных в пределах октавы. Как гласит легенда, в период правления Хуан-ди, именуемого Жёлтым императором, музыкальный министр Лин Лунь получил приказ изготовить бамбуковые флейты-люй. Во время работы Лин Лунь увидел перед собой двух птиц — самца и самку фениксов, которые и пропели ему шесть мужских и шесть женских нот, находящихся в определённом порядке по отношению друг к другу. В итоге музыкальный министр понял, каким образом должен быть устроен звукоряд, и выполнил приказ императора наилучшим образом. Другими словами, наличие в мультипликации определённого количества братьев, каждый из которых поступает в соответствии со своим даром, что приводит к согласованности их действий, а также наличие сопровождающих эти действия музыкальных инструментов обеспечивает неизменную победу добра над злом в полном соответствии с установкой, прописанной в одной из китайских книг "Го юй" ("Речь царств"). Согласно древним, успех в делах возможен лишь в одном случае: когда действия людей определяются конкретными числами, которые отмечены гармоничным звучанием, что в целом обеспечивает единство цели и её достижения.

Возвращаясь к количеству братьев в советской и китайской мультипликации, заметим, что в первом случае (мультфильм "Братья Лю") доминирующим оказывается число три, которое неоднократно встречается в русских народных сказках, начинающихся словами: Было у отца три сына. При этом в традиционной культуре русского и китайского народов тройка несёт одинаково положительный смысл [7]. Например, в "Книге Перемен" написано, что число три являет собой великую триаду, единство неба, земли и человека. При этом, согласно трактату "Ле-цзы", если небо призвано способствовать рождению и укрыванию, то земля обеспечивает вскармливание и поддержку. Что же касается мудрых, то их предназначение в том, чтобы воспитывать и наставлять. Вместе с тем, число три связано с такими концептами, как рост, развитие и стремление к достижению поставленной цели. Точно так же и в русской культуре тройка определяет собой целостность мироздания, триединство чувства как созидающего начала, ума как начала разрушающего, и воли, поддерживающей их равновесие.

Тот факт, что братья имеют одинаковые имена, и сама мать различает их исключительно по цветным ленточкам на запястье рук, ставит акцент на следующем моменте. Каждый из братьев представляет собой лишь одну сторону целого, обращение к которой в трудный час помогает им выдержать любые испытания. Неслучайно, что они не только похожи, но и носят одинаковые имена: Лю Первый (Лю Да), Лю Второй (Лю Эр) и Лю Третий (Лю Сан). Возможно, братья символизируют духовную целостность китайского народа, процветание которого зависит от того, насколько хорошо он овладеет стихиями огня и воды, а также насколько хорошо научится прислушиваться к голосу окружающей его природы, частью которой он является. Всё это и обеспечивает гармонию, подобную музыке.

Фрагмент мультфильма "Братья Лю" (1953)

Пожалуй, поэтому ведущим инструментом в музыкальной составляющей мультипликации в ситуациях, когда братья совершают добрые дела как по отношению к людям, так и к населяющим мир природы живым организмам, становится флейта. Этот духовой инструмент соотносится с характерной для традиционной китайской культуры свирелью, которая получила название сяо. Речь идет об одном из древнейших духовых инструментов, который активно используется и в настоящее время, оставаясь популярным среди жителей Поднебесной империи. Известно, что первые сяо делали из бамбука и фарфора. Сегодня материалом для продольных флейт с шестью отверстиями (пятью на лицевой стороне и одним на тыльной) служит исключительно бамбук. Примечательно, что продольная флейта сяо являет собой пару поперечной флейте дицзы, задавая оппозицию женского и мужского, вследствие чего флейта сяо нередко предстаёт в переводной литературе как свирель, тогда как дицзы — собственно флейтой. Поскольку динамические возможности флейты сяо ограничены, хотя её тембр звучит звонко и одновременно мягко, — в поэтических текстах этот музыкальный инструмент соотносится с одиночеством и тайной грустью [8, с. 261].

В свою очередь, в центре китайского мультипликационного сериала "Братья Хулу" — семь братьев, также похожих друг на друга, как и братья Лю, и отличающихся между собой исключительно цветом одежды. Знаменательно, что, подобно русской культуре, в которой обозначенное число выступает в своей амбивалентности, у китайцев семёрка определяется одновременно как положительными характеристиками, так и отрицательными [1]. При этом наиболее близкой по своей сути китайскому первоисточнику оказывается русская народная сказка "Семь Симеонов". Для сравнения приведём способности каждого из братьев, которые являются персонажами двух разных произведений, созданных в отличных традициях (см. Таблицу 1).

"Семь Симеонов"
русская народная сказка

"Братья Хулу"
китайский мультсериал

1-й может сковать железный столб от земли до неба

1-й управляет огнём

2-й способен взобраться на этот столб и увидеть, что в какой стороне делается

2-й отличается недюжинной силой и владеет своим телом, то увеличивая его по собственному желанию, то уменьшая

3-й называет себя мореходом, которому не составляет труда построить корабль и при необходимости увести его под воду, чтобы спрятать от глаз неприятеля

3-й управляет водой

4-й обладает уникальным зрением: будучи стрельцом, он на лету муху из лука бьёт

4-й обладает зорким зрением и тонким слухом

5-й называет себя звездочётом, поскольку способен быстро сосчитать все звёздочки на небе, ни одну не потеряв

5-й умеет становиться невидимым

6-й отвечает за пищу, Симеон-хлебороб уникален тем, что в один день и землю вспашет, и хлеб посеет, и урожай соберёт

6-й демонстрирует неуязвимость перед боевым оружием — мечами и копьями

7-й — плясун, певец и игрец, владеющий берестяным рожком

7-й умеет обращаться с волшебной тыквой

Таблица 1. Сравнительная характеристика способностей семи Симеонов и братьев Хулу

При очевидных совпадениях талантов братьев принципиальным для нас оказывается тот факт, что в русской народной сказке приоритет остаётся за седьмым братом. Причём, и в китайском мультфильме "Братья Хулу" именно седьмой брат, у которого в руках оказывается волшебная тыковка, выручает всех других из беды и побеждает зло. В нашем случае тыква имеет непосредственное отношение к такой разновидности губного органа, как "шэн" — традиционного китайского духового инструмента, материалом для которого служит именно этот плод. И хотя в мультфильме "Братья Хулу" звучит синтезатор, использование которого значительно удешевляет процесс производства кинопродукта, всё равно тембр шэн здесь подразумевается.

Фрагмент мультфильма "Братья Хулу" (1986)

Кстати, в философии музыки древнего Китая, в том числе в понимании звука и его роли во Вселенной, никакой другой инструмент не был столь важен и значителен, как губной орган шэн. В данном контексте берестяной рожок седьмого брата оказывается парой для шэн, выступая в качестве одного из древнейших деревянных духовых инструментов. Известно, например, что его истоки связываются с пастушеским рожком, посредством сигналов которого смотрящий за стадом животных человек мог этим стадом управлять. Впоследствии такой пастушеский рожок был усовершенствован, став полноценным музыкальным инструментом, который изготавливался из коры бересты или можжевельника. На рожке можно было исполнять соло, использовать его в качестве сопровождения для танцев и хороводов или пения. Примечательно, что изначально рожок был и остаётся преимущественно мужским инструментом. Его звучание отличается силой и звонкостью, исполненных глубины и мягкости. Диапазон рожка, как правило, не выходит за границы 10 нот, которые чередуются между собой, порождая большое количество самобытных наигрышей.

На наш взгляд, в данном контексте берестяной рожок седьмого брата оказывается парой для свирели сяо, выступая в качестве одного из древнейших деревянных духовых инструментов. Известно, например, что истоки этого музыкального инструмента связываются с пастушеским рожком, посредством сигналов которого смотрящий за стадом животных человек, мог этим стадом управлять. Впоследствии такой пастушеский рожок был усовершенствован, став полноценным музыкальным инструментом, который изготавливался из коры бересты или можжевельника. На рожке можно было исполнять соло, использовать его в качестве сопровождения для танцев и хороводов или пения. Примечательно, что изначально рожок был и остаётся преимущественно мужским инструментом. Его звучание отличается силой и звонкостью, исполненных глубины и мягкости. Диапазон рожка, как правило, не выходит за границы 10 нот, которые чередуются между собой, порождая большое количество самобытных наигрышей.

"Волшебный портрет"

Не менее важная роль традиционным музыкальным инструментам отводится в фильме "Волшебный портрет", вышедшем на экран в 1997 году (режиссёр и автор сценария Г. Васильев, композитор Д. Рыбников). Причём, не столько их звучанию, сколько, как и в китайском мультфильме, символическому смыслу. Сюжет фильма складывается вокруг портрета прекрасной незнакомки — представительницы Китая, который оказался в одном из домов, расположенных в окрестностях старинного русского города Суздаль. В нём живут мать и сын. Повзрослев, привыкший смотреть на портрет юноша, понимает, что изображённая на нем чужестранка для него дороже всего на свете. Когда становится ясным, что девушка находится в заточении и ей требуется помощь, юноша с готовностью откликается. Преодолев множество препятствий, Иван возвращается со своей возлюбленной к себе на родину, чтобы жить долго и счастливо.

Весьма символичным здесь оказывается тот факт, что имя девушки — Сяо Цинь. Другими словами, имя главной героини фильма объединяет в себе и название свирели "сяо", и название струнного музыкального инструмента "цинь".1 В качестве такового в фильме "Волшебный портрет" выступает пипа или иначе — китайская лютня (другой вариант названия пипы — "юэцинь" — лунная лютня). Инструмент этот так же, как и сяо, очень древний. Существует легенда, согласно которой он был создан для того, чтобы скрасить путь принцессы Лю Сицзюнь. Будучи выбрана в жёны жестоким царём Усунем, принцесса должна была покориться своей участи. Поскольку, следуя на встречу с царём, девушка испытывала боль и отчаяние, именно пипа была призвана отвлечь её от горьких мыслей в дороге.

1 Знаменательно, что Г. Гессе называл музыку "самым женственным и сладчайшим из искусств" [4, с. 118].

Обнаруживаемое в имени Сяо Цинь единство сяо и пипы одновременно говорит о союзе бамбука и шёлка, из которого изготовлялись струны пипы. Имплицитное присутствие этих природных материалов в имени героини фильма вносит дополнительные смыслы в её художественный образ. Так, например, бамбук в китайской культуре символизирует стойкость и духовную истину. Помимо этого, бамбук олицетворяет неумирающую любовь и верность. Что же касается шёлка, то он является эквивалентом золота, издревле выполняя функцию валюты. Согласно этимологическому словарю, иероглиф 絲竹 si zhu предстает многомерным понятием, вбирающим в себя обозначение таких струнных и духовых инструментов, как пипа и китайская цитра, которые сделаны из шёлка 絲 si или шёлковых нитей, и флейта, которая сделана из бамбука 竹 zhu, или бамбуковые трубы [17, с. 122]. Знаменательно, что и сегодня шёлк сохранил статус одного из важнейших культурных достояний Поднебесной империи, воплощая духовную силу китайского народа и его непреходящие ценности.

Подчеркнём, что в целом, используемый автором сценария сюжет с полным основанием можно отнести к так называемым бродячим сюжетам. Одним из первых произведений в ряду перекликающихся между собой историй, исполненных волшебства, можно назвать изданное в 1879 году К. М. Виландом собрание сказок "Джиннистан, или Избранные сказки про фей и духов". Именно в это собрание была включена сказка "Лулу", откуда Виланд и почерпнул идеи для своей эпической поэмы "Оберон, царь волшебников". Последняя, в свою очередь, была положена в основу "Волшебной флейты" Моцарта. Сходный сюжет мы обнаруживаем и в романе Германа Гессе "Путешествие к земле Востока" (1932)2, фиксируя внимание на следующих соответствиях между оперой и романом:

  • место действия;
  • цель, которую преследуют главные герои;
  • жизненное положение главных героинь;
  • социальный статус главных героинь;
  • присутствие в сюжете музыкального инструмента.

2 О. Б. Элькан в своем диссертационном исследовании приводит и другой вариант перевода романа Г. Гессе — "Паломничество в страну Востока" [16, с. 131].

Остановимся на этом вопросе более подробно, поместив интересующие нас сведения в таблицу (см. Таблицу 2).

"Волшебная флейта"
опера Моцарта

"Путешествие к земле Востока"
роман Гессе

"Волшебный портрет"
фильм Васильева

условный Восток, Египет3

страна Востока, Африка

реальный Восток, Китай

найти Памину и оказать ей помощь

найти Фатиму и оказать ей помощь

найти Сяо Цинь и оказать ей помощь

Памина находится под покровительством отца, которое мать девушки называет пленением

пленение Фатимы может закончиться принуждением к замужеству за нелюбимого

пленение Сяо Цинь связано с требованием стать наложницей человека, наделённого властью и обладающего богатством

принцесса

принцесса

несмотря на то, что Сяо Цинь по рождению не принадлежит к царскому роду, присутствие в её имени названия свирели сяо, которая относится к благородным инструментам, а также пипы, созданной, согласно легенде, для принцессы, позволяет считать Сяо Цинь таковой не по крови, а по духу

флейта и колокольчики

рог Гюона и скрипка4

флейта и пипа

Таблица 2. Сравнительный анализ "Волшебной флейты", "Путешествия к земле Востока", "Волшебного портрета"

3 Поскольку Египет находится в северной Африке, возможно, царица Ночи предстаёт в качестве таковой не столько потому, что ей подвластны силы тьмы, сколько ввиду естественного для африканок цвета кожи.

4 Ещё одним своеобразным инструментом в романе Г. Гессе становятся губы Лео, которые способны демонстрировать художественный свист. Вот как пишет об этом Гессе: я услышал мелодию то ли романса, то ли танца, то ли уличной песенки. <…> Кто-то насвистывал самый незамысловатый мотив, однако выводил при этом такие лёгкие и чарующие рулады, удивительно нежные, невероятно чистые, что слушать их было приятно и естественно, как птичье пение. Я стоял и вслушивался, околдованный и вместе с тем странным образом смущённый, хотя и без единой мысли. А если мысли всё же мелькали, то скорее всего о том, что человек, умеющий так свистеть, должен быть очень счастливым и очень милым [3, с. 531-532].

Очевидно, что по аналогии с оперой Моцарта и романом Гессе в российско-китайском фильме "Волшебный портрет" соотношение России и Китая может рассматриваться как соотношение Запада и Востока. Причём, положение главной героини — девушки Сяо Цинь — таково, что оно соединяет в себе и пленение, и принуждение стать игрушкой в руках негодяя. Однако при этом интрига усложняется тем, что в покоях богатого Ань Юаньба находится лишь тело девушки, тогда как её душа обрела своё пристанище в портретном изображении. Поскольку без души тело девушки обречено на гибель, похитивший её Ань Юаньба решается отыскать портрет, чтобы вернуть к жизни красавицу, которой уготована участь наложницы. В итоге злодей охотится за портретом, который находится у Ивана.

Вместе с тем, подобный сюжет не даёт основание рассматривать российско-китайскую работу как нечто вторичное. Повествование разворачивается на фоне музыки Дмитрия Рыбникова — сына композитора Алексея Рыбникова, также известного обращением к теме Востока (речь идёт о фильме того же режиссёра Г. Васильева "Чёрный принц Аджуба", созданном совместно с индийскими коллегами в 1989 году. Алексей Рыбников тогда выступил в качестве автора киномузыки совместно с индийским композитором Ванраджом Бхатией). Одно из самых запоминающихся произведений фильма "Волшебный портрет" — песня Сяо Цинь "Слёзы счастья" (в исполнении китайской певицы Ван Цянь, известной также под именем Регины Ван). Эта удивительно простая трогательная мелодия заставляет вспомнить слова Г. Аберта, пожалуй, самого тонкого исследователя жизни и творчества Моцарта, высказанные им в отношении арии Тамино с портретом из оперы "Волшебная флейта": Любовь, возникшая по одному только изображению, — подлинно сказочное чудо, и только музыка способна превратить его в подлинное переживание слушателя [2, с. 314].

Песня "Слёзы счастья", которую Сяо Цинь поёт, аккомпанируя на пипе, ассоциируется с нежностью и любовью главных героев:

月儿明心儿愿
女孩儿家在天边
风儿轻雪花儿寒
思故乡情肠欲断
Светит ясная луна и я загадываю своё заветное желание.
Семья моя на небе.
Дует лёгкий ветерок, кружатся снежинки в холоде,
Я тоскую по родному дому
И чувство любви прерывается...

心上人,嘴更甜
我和你还相恋
秀蝴蝶,结姻缘,
像女儿愿
Мой любимый, его губы так сладки,
И мы связаны друг с другом,
Вышиваю я узор бабочек для любимого,
Чтобы пойти с ним под венец —
Это моё заветное желание.

海可枯石可烂,
两颗心永不变。
海可枯石可烂,
两颗心永恒不变。
На веки вечные
Два сердца не расстанутся никогда.
На веки вечные
Два сердца не расстанутся никогда5.

5 Стихи Ван Цянь. Подстрочный перевод Чэнь Цзыжан.

Заключительные такты куплетов этой композиции завершает дуэт сяо и пипы в полном согласии с именем главной героини. Весьма интересно, что название песни отчасти перекликается со строками стихотворения китайского поэта Бай Цзюйи (772—846 гг.), посвящённого женщине, играющей на пипе: "Смелые струны задрожали, / Словно капли внезапно нахлынувшего дождя, / Тонкие струны жужжали, напоминая шёпот влюблённых. / Вздохи и бормотание, бормотание и снова вздохи, / Словно крупные и мелкие жемчужины падают на нефритовую тарелку" (пер. автора статьи). Очевидно, что как в названии песни, так и в поэтических строках, посвящённых пипе, звучание этого инструмента ассоциируется с каплями. В одном случае это жемчужные слёзы Сяо Цинь, в другом — дождевые капли. Думается, что ритмоформула, которая определяет развитие мелодии песни, как нельзя лучше отвечает этому образу.

Фрагмент фильма "Волшебный портрет" (1997)

Завершая краткий обзор традиционных инструментов, присутствующих в экранных видах искусства, которые представлены в статье мультипликационными фильмами и игровым кино, сделаем следующие выводы:

  • воссоздавая в своих произведениях образ Поднебесной империи, советские, китайские и российские специалисты демонстрируют бережное отношение к китайской культуре, актуализируя музыкальный контекст, в котором тема Востока затрагивается прямо или косвенно, через символы;
  • в числе традиционных инструментов, играющих значимую роль в развитии сюжетного материала, отбираются знаковые для китайской и русской культуры образцы: свирель сяо, пипа, берестяной рожок, флейта дицзы;
  • наличие традиционных музыкальных инструментов в экранных видах искусства вносит дополнительные смыслы в художественный образ персонажа и обеспечивает музыке статус универсального закона, который определяет собой не только гармонию числа и звука, но и гармонию человека и природы, гармонию инь и ян, гармонию тела и духа [11].

Вместе с тем, опыт осмысления роли и места традиционной музыкальной культуры Поднебесной империи в экранных видах искусства, созданных кинематографистами России и Китая, обеспечил возможность утверждать верность следующего момента. Актуализируемый на примере мультипликации и игрового кинематографа культурный взаимообмен со всей очевидностью продемонстрировал наличие глубинных смысловых пластов, в которых общее доминирует над особенным. Подобное положение дел обусловливает прецедент для осознанного движения Востока и Запада навстречу друг другу лишь с одной целью: преодолевая видимые различия, обрести искомую целостность как залог устойчивого культурного развития каждой из стран, осуществляемого под знаком отмеченных своей уникальностью и неповторимостью общечеловеческих ценностей.

Список литературы

  1. Абабайкэжи Г., Шантурова Г. А. Символика числа "семь" в русской и китайской культуре // Молодой учёный. 2017. № 24 (158). С. 406-407.
  2. Аберт Г. В. А. Моцарт: в 2 ч. / пер. с нем., коммент. К. К. Саквы. М.: Музыка, 1990. Ч. 2. Кн. 2. Изд. 2-е. 560 с.
  3. Гессе Г. Игра в бисер: авторский сборник / пер. с нем. Н. Фёдоровой, С. Апта, В. Седельника, Е. Шукшиной. М.: АСТ, 2014. 992 c.
  4. Гессе Г. Петер Каменцинд // Нева. 1995. № 10. С. 98-139.
  5. Гёте И. В. Об искусстве. М.: Искусство, 1975. 623 с.
  6. Корчмарёв К. А. Дитя радости: Опера в 4-х д. по мотивам китайской народной муз. драмы "Седая девушка" / Либретто Л. Черкашиной и А. Жарова; Перелож. для пения с ф.-п. автора. М.: Сов. композитор, 1960. 288 с.
  7. Лю Жуйпин, Савченко Т. П. Символика числа: Россия — Китай // В мире русского языка и русской культуры: сборник тезисов Междунар. науч.-практ. конф. 27 сентября 2017 г. М: Государственный институт русского языка им. А. С. Пушкина, 2017. С. 98-101.
  8. У Ген-Ир. История музыки Восточной Азии: Китай, Корея, Япония: учебное пособие для студентов высших учебных заведений. СПб.: Лань, Планета музыки, 2010. 541 с.
  9. У Лиян. Музыкальный театр в пространстве коммуникации: Дисс. … кандидата искусствоведения / Новосибирская государственная консерватория, 2022. 218 с.
  10. Хуан Цзэхуань. "Китайский след" в творчестве Осипа Мандельштама: к вопросу о музыке как универсальном законе бытия // Музыкальная культура глазами молодых учёных: сб. науч. тр. / Ред.-сост. Н. И. Верба, науч. ред. Р. Г. Шитикова. СПб.: Астерион, 2021. С. 84-97.
  11. Хуан Цзэхуань, У Чжофэнь, Го Шаоин. Музыка в пространстве метафизики (на примере мирового философского наследия) // ИКОНИ. 2021. № 4. С. 43-58.
  12. Чэнь Цзыжань. "Китайская тема" в творчестве Климентия Корчмарёва // Музыкальная культура глазами молодых учёных: сб. науч. тр. / Ред.-сост. Н. И. Верба, науч. ред. Р. Г. Шитикова. СПб.: Астерион, 2021. С. 33-39.
  13. Чэнь Цзыжань. Российская и китайская анимация в контексте диалога искусств на примере сказки "Цветик-Семицветик" // Музыкальная культура глазами молодых учёных: сб. науч. тр. / Ред.-сост. Н. И. Верба ; науч. ред. Р. Г. Шитикова. СПб.: Астерион, 2020. С. 70-76.
  14. Чэнь Цзыжань. Россия и Китай: диалог в пространстве мультипликации (литература, живопись, музыка) // Ad Rupturam. У разрыва: сб. материалов Междунар. науч.-практ. конф. "Актуал. проблемы социогуманитар. знания: вчера, сегодня, завтра" (г. Краснодар, 4-6 марта 2020 г.). Краснодар: ИП Магарин О. Г., 2020. С. 305-308.
  15. Чэнь Цзыжань. Сянь Синхай: Москва — Алма-Аты — Москва // Российская цивилизация в эпоху глобальной эволюции: обеспечение безопасности и поиск путей решения проблемы в условиях меняющегося миропорядка: сб. мат. I Междунар. науч.-практ. конф. студентов, аспирантов, преподавателей (Армавир, 15-16 октября 2021 г.). Армавир: ООО "Редакция газеты "Армавирский собеседник" (Армавирская типография)", 2021. С. 147-151.
  16. Элькан О. Б. Парадигма музыкально-литературного синтеза в немецкой художественной культуре ХХ века: Дисс. … доктора искусствоведения / Крымский университет культуры, искусств и туризма, 2020. 447 с.
  17. Этимологический словарь китайских иероглифов / Сост. Ву Ирен. Шанхай: Шанхайское народное издательство, 1992. 620 с. (На китайском яз.)

References

  1. Ababaykezhi G., Shanturova G. A. Simvolika chisla "sem'" v russkoy i kitayskoy kul'ture. In Molodoy uchenyy. 2017. No. 24 (158). P. 406-407. (In Russian).
  2. Abert G. V. A. Motsart: v 2 ch. / per. s nem., komment. K. K. Sakvy. Moscow: Muzyka, 1990. Ch. 2. Kn. 2. izd. 2-e. 560 p. (In Russian).
  3. Gesse G. Igra v biser: avtorskiy sbornik / per. s nem N. Fedorovoy, S. Apta, V. Sedel'nika, E. Shukshinoy. Moscow: AST, 2014. 992 p. (In Russian).
  4. Gesse G. Peter Kamentsind. In Neva. 1995. No. 10. P. 98-139. (In Russian).
  5. Gete I. V. Ob iskusstve. Moscow: Iskusstvo, 1975. 623 p. (In Russian).
  6. Korchmarev K. A. Ditya radosti: Opera v 4-kh d. po motivam kitayskoy narodnoy muz. dramy "Sedaya devushka" / Libretto L. Cherkashinoy i A. Zharova; Perelozh. dlya peniya s f.-p. avtora. Moscow: Sov. kompozitor, 1960. 288 p. (In Russian).
  7. Lyu Zhuypin, Savchenko T. P. Simvolika chisla: Rossiya — Kitay. In V mire russkogo yazyka i russkoy kul'tury: sbornik tezisov Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. 27 sentyabrya 2017 g. Moscow: Gosudarstvennyy institut russkogo yazyka im. A. S. Pushkina, 2017. P. 98-101. (In Russian).
  8. U Gen-Ir. Istoriya muzyki Vostochnoy Azii: Kitay, Koreya, Yaponiya: uchebnoe posobie dlya studentov vysshikh uchebnykh zavedeniy. Saint Petersburg: Lan', Planeta muzyki, 2010. 541 p. (In Russian).
  9. U Liyan. Muzykal'nyy teatr v prostranstve kommunikatsii: Diss. … kandidata iskusstvovedeniya / Novosibirskaya gosudarstvennaya konservatoriya, 2022. 218 p. (In Russian).
  10. Khuan Tszekhuan'. "Kitayskiy sled" v tvorchestve Osipa Mandel'shtama: k voprosu o muzyke kak universal'nom zakone bytiya. In Muzykal'naya kul'tura glazami molodykh uchenykh: sb. nauch. tr. / Red.-sost. N. I. Verba, nauch. red. R. G. Shitikova. Saint Petersburg: Asterion, 2021. P. 84-97. (In Russian).
  11. Khuan Tszekhuan', U Chzhofen', Go Shaoin. Muzyka v prostranstve metafiziki (na primere mirovogo filosofskogo naslediya). In ICONI. 2021. No. 4. P. 43-58. (In Russian).
  12. Chen Zizhan. "Kitayskaya tema" v tvorchestve Klimentiya Korchmareva. In Muzykal'naya kul'tura glazami molodykh uchenykh: sb. nauch. tr. / Red.-sost. N. I. Verba, nauch. red. R. G. Shitikova. Saint Petersburg: Asterion, 2021. P. 33-39. (In Russian).
  13. Chen Zizhan. Rossiyskaya i kitayskaya animatsiya v kontekste dialoga iskusstv na primere skazki "Tsvetik-Semitsvetik". In Muzykal'naya kul'tura glazami molodykh uchenykh: sb. nauch. tr. / Red.-sost. N. I. Verba ; nauch. red. R. G. Shitikova. Saint Petersburg: Asterion, 2020. P. 70-76. (In Russian).
  14. Chen Zizhan. Rossiya i Kitay: dialog v prostranstve mul'tiplikatsii (literatura, zhivopis', muzyka). In Ad Rupturam. U razryva: sb. materialov Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. "Aktual. problemy sotsiogumanitar. znaniya: vchera, segodnya, zavtra" (g. Krasnodar, 4-6 marta 2020 g.). Krasnodar: IP Magarin O. G., 2020. P. 305-308. (In Russian).
  15. Chen Zizhan. Syan' Sinkhay: Moskva — Alma-Aty — Moskva. In Rossiyskaya tsivilizatsiya v epokhu global'noy evolyutsii: obespechenie bezopasnosti i poisk putey resheniya problemy v usloviyakh menyayushchegosya miroporyadka: sb. mat. I Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. studentov, aspirantov, prepodavateley (Armavir, 15-16 oktyabrya 2021 g.). Armavir: OOO "Redaktsiya gazety "Armavirskiy sobesednik" (Armavirskaya tipografiya)", 2021. P. 147-151. (In Russian).
  16. El'kan O. B. Paradigma muzykal'no-literaturnogo sinteza v nemetskoy khudozhestvennoy kul'ture XX veka: Diss. … doktora iskusstvovedeniya / Krymskiy universitet kultury, iskusstv i turizma, 2020. 447 p. (In Russian).
  17. Etimologicheskiy slovar' kitayskikh ieroglifov / Sost. Vu Iren. Shanghai: Shankhayskoe narodnoe izdatel'stvo, 1992. 620 p. (In Chinese).

УДК 78 + 791.43.01

Библиографическая ссылка:

Яндекс.Метрика

Лицензия Creative Commons